Предыдущая Следующая

Лишь с открытием в июле 1991-го клуба «TaMtAm» у ДЕПУТАТА БАЛТИКИ появилась гостеприимная площадка,

дружелюбная (хотя и не всегда) публика и первый большой почитатель в лице основателя клуба Севы Гаккеля. С его одобрения группа фактически прописалась в стенах клуба и выступала там чуть

ли не еженедельно. Нередко КРОКО-ПЛЮХ и ДЕПУТАТ БАЛТИКИ выступали в один вечер.

В начале 1992-го Гена Бачинский покинул сцену и переквалифицировался в диджея на радиостанции «Полис», рок-журналиста и независимого издателя, но сохранил отношения с группой в качестве ее менеджера. После «Полис» он работал на «Катюше», «Модерне», «Русском Радио», «Максимуме» и т. д., но это отдельная история.

Тогда же Рэдт обзавелся гитарным процессором дисторшн, что повлекло за собой радикальную смену стиля. Дело, разумеется, было не в примочке, а в атмосфере творческого безумия, которая сложилась в тамтамовских стенах к тому времени; плюс тесные контакты и постоянный обмен идеями с другими существовавшими в непосредственной близости от ДЕПУТАТА БАЛТИКИ группами НОЖ ДЛЯ FRAU MULLER, THE DOORBELLS OF LOUD NOISE, БИРОЦЕФАЛЫ, THE ОБА и т. д., каждая из которых исследовала свой участок на линии музыкального фронтира.

23 февраля ДЕПУТАТ БАЛТИКИ сыграл свой последний концерт, а 1 мая 1992 года на сцене «TaMtAm» — в компании с ветеранами из АВИА и импровизационным рэггей-бэндом ONE BLOOD — уже дебютировала ХИМЕРА. Первым же концертом они поразили всех присутствующих: в музыке группы перемешались хардкор и психоделия, индастриал и нойз, фри-джаз и этнические мотивы, а на сцене доминировал Эдик Старков: босиком, в кузнечном фартуке, он пел, вернее, рычал свои тексты, аккомпани-

руя на гитаре или на трубе, заблаговременно подвешенной к потолку

ХИМЕРА была, безусловно, его детищем. Вспоминает Витус Викторов: «Тексты Эдик писал все, и музыку в принципе писал он. Единственное, мы делали аранжировку все вместе. Даже если мы придумывали какую-то музыку, текст к ней все равно дописывал он. В принципе ХИМЕРА — это Рэтд Старков. Это его проект, личный».

Тексты Старкова заслуживают отдельного упоминания. Они редко имели сюжет или форму связного повествования. Скорее это была череда странных, но ярких образов с эзотерическим, оккультным, сюрреалистическим подтекстом; несмотря на внешнюю бру-тальность, они были по-своему позитивны и даже не лишены иронии.


Предыдущая Следующая