Предыдущая Следующая

позитор-самоучка Виктор Мосенков. ОРКЕСТР играл на танцах текущую западную рок- и поп-музыку но много занимался аранжировками, что стало неплохой школой для входивших в него музыкантов. Потом были армия (откуда гитарист по-прежнему приезжал на танцы в «Молоток»), джемы с певцом Володей Гладцыным и гитаристом Сергеем Дорошенко в кафе «Сонеты», работа в группе при Союзе композиторов (родившейся из альянса композитора Валерия Арзуманова и музыкантов UP & DOWN), два года в ПОЮЩИХ ГИТАРАХ периода рок-опер (1974—1976), недолгий союз с ЛЮДЬМИ ЛЕВЕН-ШТЕЙНА на танцах в Пушкине, студийная группа СОЛНЦЕ и т. д.

Помимо Асадуллина и Шнейдера в первую версию группы вошли Юрий Иванов (из студенческой труппы ВТОРНИК из ЛЭТИ), бас, и Аца Макоев, клавишные, а за барабаны после пары проб был приглашен 19-летний Александр Гольеж. Состав дополнил звукооператор Федор Курузбавер (экс-МЕЛЬНИКИ). Группу назвали БЧБ (от песни «Будь что будет», входившей в ранний репертуар Асадуллина). Опробовав силы в коротком турне по Украине, она начала выбираться на гастроли.

Первый год существования БЧБ шла работа над программой и стилем, а также поиск оптимального состава. К октябрю 1980 года все эти элементы были в сборе. Новым бас-гитаристом стал Сергей Дорошенко, известный прежде всего по участию в АРГОНАВТАХ; за клавишные был приглашен сначала старый знакомый Шнейдера Валерий Вдовин, но он задержался ненадолго, поэтому вакансию занял Сергей Шмелев — выпускник Консерватории и бывший участник МЛЕЧНОГО ПУТИ и группы Александра Соколова (экс-МАНИЯ).

В роли автора песен возник еще один бывший музыкант АРГОНАВТОВ, певец и гитарист Александр Розенбаум, который с ходу предложил группе три своих номера, в т. ч. «Музыкальный фургон». Что-то сочиняли Шнейдер, хотя он по большей части занимался аранжировками.

Той же осенью БЧБ устроились в Лен-концерт и взяли новое название ПУЛЬС. Времена были странные, что называется, расцвет застоя, и в Ленконцерте им порекомендовали обзавестись «сценическими именами»: так Шнейдер стал Семеном Добровым, а Розенбаум — Александром Аяровым.

Следующие три года ПУЛЬС активно концертировал — но большей частью по провинции: в Питере их почти не было слышно. «Мы играли, гастролировали и вроде даже зарабатывали, — вспоминал об этом отрезке своей биографии Шнейдер, — но настоящего уровня так и не достигли, чего-то группе все время не хватало». На одном из редких питерских концертов в «Октябрьском» Алик Асадуллин неожиданно потерял голос, и весь концерт за него пел Розенбаум.


Предыдущая Следующая