Предыдущая Следующая

PROTOZOA

Если не самая скандальная (на это звание есть и другие претенденты), то, безусловно, наиболее эксцентричная группа на рок-сцене Питера 90-х и первой половины следующего десятилетия, PROTOZOA эффективно соединили ме-

лодический минимализм и лапидарность выразительных средств панк-рока с энергетикой фанка и агрессией хард-кора, усилив этот гремучий коктейль неподражаемо-вызывающим имиджем и практикой поэтической провокации.

История группы началась осенью 1991 года в 258-й школе Колпина, где учились ее основатели Андрей Агеев-Алешин и Александр «Крошка Шульц» Картинин. Первый одновременно занимался в музыкальной школе по классу фортепьяно, а второй самостоятельно осваивал гитару. По субботам оба репетировали со школьным вокально-инструментальным ансамблем, которым руководил учитель труда Геннадий Борисович. Ансамбль исполнял советскую эстраду, песни Джо Дассена, Стиви Уандера и других популярных зарубежных авторов, однако к одиннадцатому классу молодые люди, слушавшие дома совсем другую музыку, начали задумываться о том, чтобы попробовать себя в ином жанре.

К этому времени Агеев-Алешин решил тоже освоить гитару, поэтому в группу были приглашены его соученик по музыкальной школе, некий ютвишник Костя, и сосед-гитарист Александр Михайлов. Они начали исполнять песни METALLICA, SODOM, SLAYER, SEPULTURA, а потом и свой материал, сочиненный с оглядкой на кумиров. Репетиции мало-помалу превратились в шумные концерты для знакомых, о чем быстро прознала администрация школы, поэтому вскоре все пришлось прекратить.

Впрочем, школа уже была окончена, участники фугаты поступили в институты, однако продолжали репетировать где придется. Здесь следует отметить, что Колпино, хотя и расположено в получасе езды от Питера, всегда было отдельным городом, выросшим вокруг Ижорского машиностроительного завода. С 60-х там существовала своя музыкальная сцена —

не слишком обширная, но достаточная, чтобы озвучить местные клубы и танцплощадки. В начале 90-х на эту сцену пришла новая генерация групп, тяготевших, главным образом, к тяжелой части рок-н-ролльного спектра.

В поисках места для репетиций молодые музыканты облюбовали опустевшие в пост-перестроечный период заводские цеха — благо, там можно было греметь, сколько душе угодно. Рассказывает Саша Шульц: «Представьте себе коридоры непрошибаемого бетонного здания, где почти за каждой дверью репетирует какая-нибудь группа. Стены — в граффити, от растаманских до сатанинских, и ты находишься внутри плотной звуковой каши — от поп-рока до грайндкора. Ощущение незабываемое...»


Предыдущая Следующая