Предыдущая Следующая

Возможность иногда использовать профессиональное студийное оборудование позволила музыканту привести в должный вид и сохранить для истории свои ранние пробы и концертные записи, составившие «доисторический» раздел его дискографии: «Ретроскоп» (1968—1971), «Апокрифы» (1972-1973) и «Босяки» (1971) — запись выступления его северокавказской группы.

Начиная с 1973 года, когда он записал

психоделический альбом «Вишневый сад Джими Хендрикса», работы Морозова встречали широкий отклик в музыкальной среде, и он мало-помалу начал сотрудничать с другими питерскими группами и исполнителями (в частности, с Юрием Берендюковым, ныне

ЯБЛОКО), а затем и выступать. В 1975-

1976 годах он недолго играл в финальном составе популярной арт-джаз-ро-ковой группы НУ, ПОГОДИ! (Геннадий Анисимов, клавишные, вокал; Михаил Кудрявцев, бас; Геннадий Буганов, барабаны; Владимир Ермаков, вокал) — их концертные записи составили мо-розовский альбом «Группа памяти Михаила Кудрявцева», — весной 1976-го пробовал объединиться с Кудрявцевым и барабанщиком Игорем Голубевым (позже ДЖОНАТАН ЛИВИНГСТОН), а весной 1977-го собрал эфемерное трио, в которое вошли тот же Кудрявцев и барабанщик Сергей Петров (экс-

МИФЫ).

Увы, после первого и единственного концерта трио («Session-77») Морозов, убедившись в невозможности воплотить на сцене свои студийные идеи ввиду более чем скромного технического оснащения подпольных концертов, надолго охладел к живому звуку и вновь укрылся за капитальными стенами Капеллы, время от времени интригуя слушателей своими новыми работами, обращаясь то к философским учениям древней Индии («Брахма Астра», 1979), то к культуре средневекового Китая («Китайская поэзия», 1980), то к своеобразно интерпретируемым библейским сюжетам («Евангелие от Матфея», 1980) или к русскому фольклору («Три русских песни», 1980) — что, кстати, привело его к многолетнему сотрудничеству с фолк-рок-группой ЯБЛОКО, которая в разное время записала ряд его песен, а Марина Капуро, в свою очередь, пела на некоторых альбомах Морозова.

Хотя основную массу инструментальных партий Морозов, как правило, играл сам, в его записях в разное время участвовали Михаил Кудрявцев, Владимир Ермаков, гитара; звукорежиссер «Мелодии» Виктор Динов, клавишные; Сергей Лудинов, скрипка; Виктор Хри-стосов, альт; Сергей Лузин, гармоника, флейта; Леонид Эсельсон (экс-НУ, ПОГОДИ!), флейта; барабанщики Игорь Кучеров (НУ, ПОГОДИ!), Евгений Павлов (БАРОККО, РОССИЯНЕ), Юрий Николаев (ТРИЛИСТНИК), Владимир Яковлев и т. д.


Предыдущая Следующая