Предыдущая Следующая

– А где ты вообще про эти глупости наслушался? – угрюмо спросил Леший. – На политинформации в райотделе?

– Я, между прочим, на юридическом учусь, – сквозь зубы процедил сержант. – И книжки читать люблю…

Странный мент. Не такой, как все остальные. Более правильный, сразу видно. Но для него этот поход – так, эпизод, очередное испытание самого себя. И библиотека – не хрустальная недостижимая мечта, а сухой исторический факт. А для него, Лешего, – это жизнь!

Вот идет он сейчас, Леший, через дренажную трубу где-то под Кутузовским проспектом, давит ногами дерьмо, вспоминает ту Хореву замуровку (а может, она никакая не Хорева?) и под ложечкой у него сосет. И в голове опять тот же самый вопрос: а вдруг там что-то есть? Вдруг это как раз тот самый единственный счастливый диггерский случай (тайник Гиревичей в расчет не берем)?

Надо будет вернуться. Потом. Есть вопросы – будут и ответы.

 

* * *

 

– Ну а крысы? Я же сам читал: величиной с собаку…

– Собаки разные бывают, – уклончиво отвечал Леший.

Перед очередной развилкой он чиркнул по стене маркером и повернул направо.

– Нет, пекинесы там всякие и чихуа не в счет, смысл тогда про все это писать? – не успокаивался милиционер.

Им и положено быть приставучими. Но этот парень вызывал у Лешего симпатию. Хотя он избегал проявлять чувства к незнакомым людям. Да и к знакомым тоже. И избегал давать посторонним конкретную информацию.

– Это же…

– Вот и я говорю, – согласился Леший. – Смысл.

Фонарь сержанта болезненно замигал, и он постучал по нему ладонью.

– Уж не думал, что диггеры такие скептики, – произнес он минуту спустя.

Леший промолчал.

– Так что, точно ничего такого нет – ни крыс, ни пауков, ни тараканов с ладонь?

– Ладонь тоже бывает разная, – сказал Леший. – У малыша трехмесячного, к примеру, своя ладонь. У меня своя. И то и другое – ладонь.

Он остановился и сделал знак: тихо. Постояли, послушали. Пошли дальше.

– Я видел тараканов в промоинах под Дмитровкой, – сказал Леший. – Стеклянные, у них все кишки светятся. Где-то со спичечный коробок размером. Можно так сказать. А можно сказать – с ладошку грудного младенца. А можно сказать просто – с ладонь. У карлика какого-нибудь ведь ладонь, а не ладошка, верно? Но это уже зависит от рассказчика.


Предыдущая Следующая