Предыдущая Следующая

– Так что ищи, сынок, этого предателя, – завершил разговор отставной розыскник. – Будешь настойчивым и умелым – никуда он не денется! Только с начальством гибкость проявляй. Никогда не говори: я то сделаю, я это сумею… Потому что если что-то сорвется, то с тебя и спросят по полной программе. Лучше до поры прибедняться, а когда соберешь козыри – тогда и выкладывай их на стол!

– Я понял, – задумчиво произнес Юра.

 

* * *

 

– Какие будут соображения?

Полковник Кормухин приподнял прозрачный файл с расшифровкой, подержал в руке, словно взвешивая, и опустил на место.

– Если допустить, что разговор не инсценирован, то это – запись вербовки, – быстро ответил Евсеев.

– Если? – приподнял брови Кормухин.

– Если, товарищ полковник. Пока точно не идентифицированы личности говорящих, уверенности нет.

– Что ж, логично. Что есть по идентификации?

Полковник Кормухин чем-то напоминал генералиссимуса Сталина – такого, каким его изображали в советских фильмах: неторопливая речь, эпические интонации, неторопливая, артритная какая-то жестикуляция, когда вместе с головой поворачивается все туловище. Не хватало только трубки и усов.

– Собеседников двое: «дядя Курт» и неизвестный. Не факт, что имя настоящее. Из филологического анализа вытекает, что «дядя Курт» – натурализовавшийся в Соединенных Штатах немец. Возраст – 25-35 лет. Возможно, выходец из семьи эмигрантов, родившийся на территории США. Говорит по-русски почти без акцента, употребляет неологизмы советских времен, но имеет не совсем характерный московский выговор – так говорили еще до войны. Скорее всего, в кругу носителей языка вращается редко. Его собеседник – молодой человек не старше двадцати двух, уроженец южной России или юго-восточной Украины, курсант-выпускник Высшего командного училища ракетных войск стратегического назначения.

– Почему именно этого училища? – посмотрел на него Кормухин поверх очков в проволочной оправе. Очки походили на пенсне. А полковник хотел походить на Берию. Он считал Лаврентия Павловича национальным героем, ставшим жертвой исторического катаклизма. – Почему именно этого? – повторил начальник отдела.


Предыдущая Следующая