Предыдущая Следующая

Тут-то Юра и выложил свой новый козырь – заключение фонографической экпертизы.

 

«Сравнительным исследованием установлено, что звуко-частотные и модуляционные характеристики голоса неизвестного курсанта, записанного на представленной микрокассете, и аналогичные показатели голоса Рогожкина А.М. совпадают с вероятностью 85-90%…»

 

Следователь похмыкал, задумался, куриная гузка сжалась еще больше.

– Это другое дело. Конечно, лучше бы стопроцентная вероятность, но так никогда не бывает… Ладно, попробуем! Может, расколется, может, техника или химия поможет…

Сейчас Званцев никаких сомнений не испытывал или умело не проявлял. Вел он допрос уверенно и целеустремленно – сидящий напротив шпион не имел никаких шансов ускользнуть от возмездия.

– Итак, предлагаю дать показания по существу заданных вопросов! – сурово сказал он и вперил в подследственного тяжелый взгляд глубоко посаженных глаз. Будто гипнотизировал.

Лицо Рогожкина залила мертвенная бледность.

– Какая измена… Какой шпионаж… Это ошибка, ребята… У меня выслуга – тридцать календарных лет, со льготными все сорок… Кто-то что-то напутал… Или оклеветали…

Голос у него был хриплый, прерывистый и заметно дрожащий. В холодных глазах следователя он уже прочел свою судьбу. А она была печальной, потому что в новенькой корочке уголовного дела лежало постановление об аресте, в коридоре ожидали сотрудники внутреннего следственного изолятора, готовые отвести арестованного в камеру, заметно уступающую по комфортабельности даже скромному номеру ведомственной гостиницы.

– Кто-то меня подставляет, вы проверьте все хорошенько…

Следователь нагнулся, поставил на стол кейс-сейф и извлек главное вещественное доказательство, которое вкупе с заключением экспертизы даже в нынешние гуманные времена обеспечивало Рогожкину до двадцати лет лишения свободы.

– И это специально изготовили и подкинули?

Стеклянный ячеистый шар испускал жесткие волны самого настоящего, а вовсе не выдуманного шпионажа. Оспорить его было трудно, если не сказать – невозможно.

– Вы проверьте, проверьте, – убито повторял Рогожкин.

– Очень тщательно проверим, очень, – заверил следователь. – И полиграф применим, если он выявит ложь – уколем пентонал натрия, вот тогда-то ты нам все и выложишь! Так что, Рогожкин, лучше не валяй Ваньку, а выкладывай всю правду! От кого получил этот сканер, как устанавливал, кто помогал. Давай по-хорошему.


Предыдущая Следующая