Предыдущая Следующая

Кертис остановился. На тротуаре стояла строгая девушка-гид в черных очках буквой V. Лиловый плащик из болоньи, в котором она сопровождала группу, висел теперь на ее руке, и Кертис лишний раз смог убедиться, что у девчонки поразительно тонкая талия, невероятно стройные ноги (мода на мини уже просочилась сквозь «железный занавес») и чертовски милая мордашка. А строго-непроницаемое выражение на этой мордашке, подчеркнутое черными очками, делает ее похожей на симпатичную хищницу-осу из детского мультика.

– Вы уронили свою поклажу в автобусе? – повторила вопрос девушка. Английские фразы, выходившие за рамки экскурсионных монологов, она строила несколько неуклюже.

– Нет, нет! – заулыбался Вульф. И для верности прибавил: – Все свое ношу с собой!

– Да, – сказала девушка без выражения. – Это хорошо.

Помедлив секунду, она повернулась и зашагала в противоположную от гостиницы сторону.

Если бы не эта заминка, Кертис Вульф, возможно, просто проводил бы ее глазами и отправился в «интуристовский» бар пить настоящую «Столичную» и рассматривать девушек в коротких юбках, строя на их счет разные похабные планы. Но секунда промедления вселила в него надежду.

– У вас, как я понял, закончился рабочий день? – спросил Вульф, догоняя девушку

Он держался с той простодушной нагловатостью, с какой держатся все эти парни с длинными патлами и задницами размером с мячик от пинг-понга. Но нагловатость его была какой-то… приобретенной, что ли. Наигранной.

– Уверяю вас, – ответила девушка немного невпопад. Она чуть-чуть сбавила шаг. – Только что закончилась последняя группа.

Пока американец набирал воздуху, чтобы задать следующий вопрос, она почему-то уточнила:

– Докеры. Из Глазго.

– Докеры! – еще больше обрадовался Вульф, расплываясь в киногеничной улыбке. – Крутые парни. А куда вы направляетесь сейчас?

– Домой.

– Далеко?

– Не очень.

– А вы не будете против, если молодой американский ковбой вызовется проводить вас? Или, может быть, зайдем в какой-нибудь ресторанчик?

Девушка остановилась и повернулась к Вульфу. Возможно, она любовалась его самодовольной физиономией, чем-то и вправду напоминавшей Клинта Иствуда, а может, считала ворон в московском небе – черные очки не позволяли определить это однозначно. Но когда все вороны были сосчитаны, а симпатичные морщинки Вульфа изучены и инвентаризированы, экскурсовод сделала положительный вывод и улыбнулась:


Предыдущая Следующая