Предыдущая Следующая

Потом подвинул к себе свои бумаги, взял ручку и снова принялся писать, словно забыв о существовании Юры.

– Да я его не защищаю, товарищ полковник! Просто юридические факты надо получить… Чтобы доказательства были…

– Так получай доказательства. Кто тебе мешает?

Спокойный ровный тон оборвался, как рвется перегруженный трос, размазывая того, кто оказался рядом. Кормухин с силой ударил ладонью по столу. Ручка отлетела в угол.

– Только не распускай сопли и не превращайся в адвоката! Работай на результат, как положено! Иначе я передам это дело Ремневу, а еще лучше Кастинскому! Они точно не будут слюни разводить!

– Вас понял, товарищ полковник. Разрешите идти?

Юра встал.

– Иди, Евсеев.

И уже у самой двери Юру настиг его спокойный и тяжелый, будто налитый свинцом, голос:

– Запомните, капитан Евсеев: Рогожкин – тот самый гад и есть. И завтра начнется его искупление за все поганые делишки, которые он вытворял здесь, в родной стране. Вот так-то.

 

* * *

 

– Вот ваша пси-разведка, – с явной издевкой сказал Евсеев. – Нравится?

Кораблев, склонив голову набок, внимательно рассматривал сканер. Лицо «инквизитора» ничего не выражало. По большому счету, обнаружение «закладки» лично ему ничем не грозило. Потому что он сел в поезд времени гораздо позже той остановки, на которой функционировал этот хитроумный шпионский прибор. Но были люди, которые ехали со шпионом в одном вагоне.

Это они проморгали врага! И с них можно будет спросить…

– Да, в данном случае наши предшественники ошиблись, – сказал, наконец, оперативник внутренней контрразведки. – Но это не наши с тобой ошибки. Ты ведь с семьдесят восьмого года?

Юрий кивнул.

– Точно.

Кораблев удовлетворенно кивнул, как будто угадал возраст собеседника, а не прочел его в личном деле лейтенанта.

– А я с семьдесят третьего, в те времена еще под стол пешком ходил. И мы с тобой тогда государственную безопасность не охраняли!

– Естественно…

– Этим занимался полковник Аничкин, и до сих пор занимается… Но ты установил, что охранял он безопасность хреново. А я выясню, что он там вообще наохранял за свою жизнь!

На прощание Кораблев с явной симпатией пожал Юрию руку.


Предыдущая Следующая