Предыдущая Следующая

 

* * *

 

У испанской инквизиции одиозная слава, хотя если переводить ее злодеяния на язык статистики, то слава эта заметно поблекнет: за шестьсот лет сожжено 10 тысяч еретиков… Зная масштабы мировых злодейств, так и хочется добавить неуместное здесь словечко «всего»… Коменданты Освенцима или Дахау только улыбнулись бы столь низкой производительности. Даже обычный майор американских ВВС Томас Ферсби, одним движением пальца открывший бомболюк «Энолы Грей»[12], в двадцать раз перекрыл рекорд испанских аутодафе. А кампучийский диктатор Пол Пот, за три года без всяких высоких технологий – мотыгами и лопатами уничтоживший три миллиона подданных, либо Сталин и Гитлер, расправившиеся с десятками миллионов своих граждан, и вовсе подняли бы инквизиторов на смех…

Вселенские злодейства имеют обыкновение смягчать ужас менее масштабных злодеяний. Но в данном случае этого не произошло.

Может быть, потому, что отцы-инквизиторы творили зло якобы во имя добра? Но этим мало кого удивишь – лицемерие всегда стояло на вооружении у тиранов и палачей…

Скорей вследствие многообразия, сложности и изощренной жестокости пыток, вошедших в мировой арсенал ужасов… В конце концов, «испанский сапог», «нюрнбергскую деву», «стул ведьмы» или «вилку еретика» придумали не Сталин и не Гитлер, и уж тем более не Пол Пот с его мотыгами…

А еще вероятней – из-за того, что борцы с ересью следили за всеми: богатыми и бедными, примерными прихожанами и закоренелыми преступниками, за безымянными крестьянами и особами королевской крови – все были равны в абсолютном бесправии перед инквизиционным судом… Лишь сами святые отцы были неприкасаемыми… Точнее, казались таковыми.

Мало кто знает, что Великий инквизитор Томас де Торквемада создал в своем ведомстве особый отдел, призванный выявлять еретиков в собственных рядах – среди священнослужителей и инквизиторов. И надо ли говорить, что эта «инквизиция в инквизиции» отличалась особой изощренностью и жестокостью, она приводила в трепет даже закаленные сердца самых убежденных борцов с ересью, ибо они-то хорошо знали цену признаний под пытками…

На третьем курсе Академии Евсеев писал курсовую работу о методах инквизиционного сыска, так что он был «в теме». И, в отличие от большинства своих коллег, не испытывал трепета перед внутренней контрразведкой. Возможно, это объяснялось и его молодостью.


Предыдущая Следующая