Предыдущая Следующая

Профессор откинулся в протертом кожаном кресле и мечтательно улыбнулся.

– Мне даже трудно объяснить вам, современному молодому человеку, насколько это было тогда…

Он пощелкал пальцами, подбирая нужное слово.

– Шик. Это был настоящий шик. А Дмитрий Палыч в тот вечер впервые открыто появился с Софочкой, и Софочка тогда… М-м. Впрочем, ладно.

Профессор с сожалением вернулся на землю.

– И вот туда действительно было трудно попасть. Очень трудно. И когда Ободзинский играл Марка Волана в актовом Центральной музшколы – тоже было трудно. И когда приезжала из Риги Аушра Позняк с «Четырьмя Валетами»… А это все… Краевский, песни, пляски… Хм…

Он подергал ртом, давая понять, насколько это несерьезно.

– А концерт памяти Вертинского? – спросил Евсеев. – А программа фильмов Каннского фестиваля? Как можно было попасть туда?

Профессор прокашлялся и соединил перед собой пальцы обеих рук, словно настоящий профессор, собирающийся изложить перед студентами основные постулаты своего учения:

– Ну, что касаемо Вертинского, то я лично организовал два таких концерта, – скромно заметил он. – По формату это были не совсем чтобы «квартирники», а, как мы называли, – «культурники», площадки на 200–300 человек в заводских ДК, и попасть туда могли… Ну, сами представьте: триста человек на семь миллионов москвичей! Это избранные. Случайных людей там не было. Ленком, Таганка, Щука, профессура МГУ, питерский андеграунд, круг моих личных знакомых, а также необходимый набор знаковых личностей… Влади, Тарковский, Окуджава…

– Но ведь билеты какие-то были? Контрамарки? Пригласительные?

– Были. Ну да, – произнес старик неуверенно и тут же повторил, уже тверже и даже немного обиженно: – Были. Конечно, были! Я сам их заказывал в этой… Где многотиражки печатали. В «Красной Звезде».

– Один человек приобрел два таких билета на концерт Вертинского, – сказал Евсеев.

Что-то в поведении старика заставляло его говорить громче, чем обычно. Казалось, до Профессора не все доходит.

– Его звали «дядя Коля». Судя по всему, личность в ваших кругах известная: светский лев, любимец богемы. Дядя Коля. Не слышали о таком?

Профессор задумался.


Предыдущая Следующая